Пичугин В.Г.

Активная ссылка на сайт http://nlplife.ru/ обязательна.

Уже давно стало нарицательным выражение «Басманное правосудие», обозначает оно несправедливость и зависимость нашего суда. Многие судьи просто гордятся, что у них нет оправдательных приговоров, это считается качественной и правильной работой. Но как они умудряются осуждать 100% людей, которые, иногда, обвиняются вообще без каких-либо доказательств. Неужели у нас следствие работает так качественно, что если дело возбудили, то приговор неминуем? Получается, что в прокуратуре работают просто ясновидящие, насквозь видят кто виновен, а кто нет, а суд не подкачает, главное туда дело направить, а обвинительный приговор будет! Как так получается?

    Поясню, как должно быть, а потом, как бывает. При этом я специально не буду загружать читателя ссылками на статьи закона, но при этом доходчиво изложу их суть.
Итак, в судебном заседании председательствующий должен исполнять роль руководителя судебным заседанием, обеспечивать состязательность и равноправие сторон. А стороны – обвинение и защита, должны предоставлять доказательства виновности или невиновности подсудимого. Секретарь должен вести протокол судебного заседания, полно и правильно излагать все действия участников процесса. После судебного следствия, исследования всех доказательств, выслушав речи сторон, последнее слово подсудимого, суд удаляется в совещательную комнату и выносит законный и справедливый приговор. Так должно быть.

    Теперь расскажу, как часто бывает. Если в деле нет доказательств вины подсудимого или они получены с нарушением закона, то начинаются чудеса. Например, председательствующий разрешает прокурору задавать любые наводящие вопросы свидетелям и потерпевшему, чтобы получить нужные ответы. Вопросы из серии: «Не в амперах ли измеряется сила тока?». В то же время вопросы защиты отводятся под различными надуманными предлогами, такими как: «не относятся к делу», «этот вопрос уже задавал прокурор», недавно один судья Лефортовского суда г. Москвы не дал задать вопрос свидетелю, объяснив, что «вопрос суду непонятен», хотя суду вопросов никто и не задавал. Ходатайства стороны обвинения удовлетворяются все и сразу, ходатайства защиты отклоняются также все, под любыми предлогами. Самый распространённый - «как преждевременно заявленные». Вообще термин «преждевременно» больше медицинский, чем юридический, и любое обоснованное ходатайство должно быть разрешено после его заявления, если оно отклоняется, то должны быть указаны конкретные причины, к коим не относятся: «суд не усматривает оснований для удовлетворения ходатайства».
    Когда подсудимый даёт показания, в протоколе они просто искажаются. Например, подсудимый говорит «Я попросил телефон позвонить», в протоколе появляется «Я отобрал телефон, чтобы позвонить», «Я ни с кем, ни о чём не договаривался», в протоколе «Я не договаривался с Ивановым совершить преступление, такого то числа, в такое то время». Если какой-нибудь свидетель начинает рассказывать правду и утверждает, что: «Такого факта не было» в протоколе появляется «Я не видел, но может и было». Бывает и так, что свидетеля сначала задерживают, как подозреваемого, выбивают нужные показания, потом эти показания называют – свидетельскими.  В судебном заседании этот свидетель рассказывает, как его избивали, и он подписал все бумаги, которые подсунул оперативник, может даже справки о побоях предоставить. Прокурор тут же просит суд огласить показания свидетеля, данные им на предварительном следствии, суд, конечно же, соглашается. После чего свидетелю задаётся вопросы: «ваша подпись под показаниями?», «вы раньше лучше помнили, ведь вас допрашивали сразу после совершённого преступления?». Судья потом в приговоре укажет, что доверять нужно первым показаниям свидетеля, поскольку они получены сразу после совершения преступления. Могут ещё в суд вызвать оперативника, который поведает, что к свидетелю относились с почтением, никто его не бил, угощали чаем, а показания он дал добровольно. Это всего лишь маленькая часть уловок нашего правосудия.

    Но внимательный читатель может возмутиться, ведь можно пожаловаться, что протокол составлен неправильно с искажениями.  Пожаловаться можно, только замечания на неправильности в протоколе судебного заседания рассматривает единолично судья, который их в протокол и вносил. Догадайтесь с трёх раз, что вам ответят.
    Если судья ведёт судебное следствие предвзято, совершая беззаконие, то уголовно-процессуальный кодекс позволяет заявить отвод такому судье. Но рано радоваться. Этот отвод рассматривает то лицо, которое беззаконие и совершает. То есть отвод в отношении судьи, он сам же и рассматривает. Опять таки, догадайтесь уже с одного раза, что вам ответят.
    Вот почему наше правосудие – фикция. Протокол судебного заседания единственный документ, на основании которого можно судить, что говорили свидетели, потерпевшие, подсудимые, стороны в процессе. Но если можно беспрепятственно фальсифицировать протокол, то не имеет вообще никакого значения, что и кто говорил, поскольку в обвинительном приговоре всё будет как надо, со ссылками на «правильно» записанные в протоколе показания и действия участников судебного заседания.
    Самые догадливые подскажут – надо вести аудиозапись всего происходящего в суде. Правильно, многие адвокаты так и делают, только эта запись не может быть рассмотрена как доказательство фальсификации протокола судебного заседания. На этом занавесь! Правосудие окончено.