Анонс тренингов: В данном разделе новостей нет.
— Не всякая жизнь кончается смертью; иногда она кончается свадьбой.
О себе
Психологические тренинги
Тренинги НЛП
Бизнес тренинги
РАСПИСАНИЕ И ЦЕНЫ
Книги
Обратная связь
Контакты

 


ФОТО С ТРЕНИНГОВ

НАШИ РАССЫЛКИ

 Новости, Aфоризмы, Метафоры
Анекдоты, Вебинары и т.д.

 Посмотрите и выберете те, что нравятся Вам.
Новые статьи
  • Стены и мосты

    Есть знакомая пара. 
    Я их знаю много лет. Всю молодость они искали себя.

  • Равенство без признаков адекватности
    Мужчины и женщины равны! 
    И не спорьте, так написано в Конституции, и любая феминистка зубами загрызёт мужика, назвавшего женщину слабой. 

  • Сыноводство
    Чтобы не мучиться «свиноводством» - это когда из сына уже вырос свин -  полезно заниматься «сыноводством», 
    пока есть шанс воспитать из маленького мальчика достойного мужчину. 


  • Делай только то, что хочешь
    Многие психологи хором советуют – делай только то, что хочешь! 
    Никогда не пел в хоре, и сейчас спою от себя. 

  • «Сильная женщина» - понятие-пустышка
    Нет никаких чётких формулировок, что такое «сильная женщина». 
    Точнее, каждый подразумевает что-то своё, можно вкладывать любой смысл, который хочется. 

  • Пять неверных, но полезных мыслей

    Пользу можно находить почти во всём. Множество идей и рассуждений  ложны, но, как ни странно, могут быть полезны. 
    Рассмотрим пять популярных утверждений. 


Все статьи,
размещённые на сайте


Просто хорошая жизнь

Жизнь без страха - это
другая жизнь!








Rambler's Top100
 

О себе  |  Психологические тренинги  |  Тренинги НЛП  |  Статьи  |  Бизнес тренинги  |  РАСПИСАНИЕ И ЦЕНЫ  |  Анонс  |  Книги  |  Обратная связь  |  Новости  |  Блог  |  Афоризмы и короткие анекдоты  |  Метафоры на все случаи жизни  |  Статьи по психологии  |  Статьи об отношениях мужчин и женщин  |  Статьи по бизнесу и праву  |  Все интересные статьи  |  Практическая психология  |  Вопросы и ответы.  |  Интернет-магазин  |  Обратная связь  |  Карта сайта  |  Фотоальбом  |  Гостевая книга  |  Вопрос-ответ (FAQ)  |  Бесплатные консультации по уголовным делам  |  Опросы  |  Подписка  |  База знаний  |  Контакты  |  Защита бизнеса от уголовного преследования  |  Как продвигать психологические и бизнес трениги  |  Нижнее меню  |  Индивидуальная психологическая помощь  |  Услуги юриста  |  Поиск  |  Тесты  |  Статьи  |  Описание начинающихся тренингов  |  Подкасты  |  Видео с тренингов и вебинаров  |  Новая страница

Главная / Уголовное право и процесс

Освобождение от уголовной ответственности

Освобождение от уголовной ответственности

в) Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением виновного с потерпевшим

Институт освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим известен российскому уголовному праву чуть более 7 лет. Еще совсем недавно цивилисты бросали вполне справедливый упрек, что "уголовно-процессуальное и уголовное законодательство слабо стимулируют лиц, причинивших ущерб преступлением, добровольно возмещать этот ущерб...". Ныне ситуация, безусловно, изменилась в лучшую сторону[1].

Как отмечают исследователи, за прошедшее время, в ходе применения судами, а также органами предварительного расследования ст.76 УК РФ предусматривающей освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением лица, совершившего преступление, с потерпевшим, возникают проблемы, связанные с различным пониманием юридической природы указанных норм права судьями, а также работниками правоохранительных органов, что порождает противоречивую судебную практику[2].

Но обратимся, прежде всего, к уголовному закону. В соответствии со ст.76 УК РФ, лицо, впервые совершившее преступление небольшой тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Процессуальный порядок применения указанной нормы установлен ст.25 УПК РФ, в соответствии с которой, суд, прокурор, а также следователь и дознаватель с согласия прокурора вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных статьей 76 Уголовного кодекса Российской Федерации, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Как можно заметить, между нормами УК РФ и УПК РФ есть расхождение. Уголовный кодекс РФ говорит только о преступлениях небольшой тяжести, тогда как УПК РФ (ст.25) говорит о преступлениях небольшой и средней тяжести. Возникает вопрос: правило какого кодекса имеет высшую силу?

Логично предположить, что следует применять нормы УПК РФ, т.к., как мы уже отмечали, на практике зачастую происходит освобождение от уголовной ответственности и за преступления средней тяжести, но при этом первостепенное значение имеет фактор «заглаживание вреда».

Итак, уголовный и уголовно-процессуальный кодексы РФ говорят «о заглаживании вреда». При этом условиями освобождения от уголовной ответственности названы: примирение потерпевшего с лицом, освобождаемым от уголовной ответственности, и заглаживание последним причиненного потерпевшему вреда.

Рассмотрим способы "заглаживания вреда".

Как верно отмечает А.З. Ваксян, "вред" и "долг" - понятия гражданско-правовые[3]. И вред и долг порождают обязательство привлекаемого к ответственности перед потерпевшим. Согласно ст.415 ГК РФ, обязательство может быть прекращено прощением долга, т.е. освобождением должника от лежащих на нем обязанностей, если это не нарушает прав других лиц в отношении имущества кредитора (потерпевшего).

Можно сделать заключение, что потерпевший вправе не требовать возмещения вреда, документально засвидетельствовав свою волю - прощение долга причинителю вреда.

Приведем пример из практики: К. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.167 УК (умышленное уничтожение или повреждение имущества). В суде он пояснил, что проживал на втором этаже дома, под ним располагался магазин оргтехники. Окна квартиры постоянно освещались мигающей световой рекламой, и ночью спать было невозможно. В состоянии стресса К. перерубил электропровод, ведущий к осветительным приборам рекламы. В суде представитель магазина предложил обвиняемому возместить причиненный ущерб и примириться. Убедившись в добросовестности намерений подсудимого возместить ущерб, представитель потерпевшей стороны подал заявление с просьбой о прекращении уголовного дела в связи с примирением с потерпевшим. Судом дело было прекращено со ссылками на ст.76 УК и ст.9 УПК.

Таким образом, «заглаживание вреда» как условие освобождения от уголовной ответственности по ст.76 УК РФ сводится к исполнению лицом обязательств вследствие причинения вреда (деликтных обязательств), регулируемых гл.59 ГК РФ. Как отмечает Л.Головко, «цивилистическая природа "заглаживания" последнего (вреда) настолько очевидна, что не требует специальной аргументации»[4].

Учитывая, что потерпевшему может быть причинен различный вред (моральный, физический и имущественный вред), различными могут быть и способы «заглаживания» каждого из этих видов вреда. Рассмотрим их более подробно.

В соответствии с действующим законодательством моральный вред может быть устранен двумя способами. Во-первых, путем направленных на примирение с потерпевшим действий лица, «совершившего преступление». Если такие действия достигают цели, понятие "заглаживание вреда" поглощается понятием "примирение" Во-вторых, моральный вред можно устранить путем его компенсации в материальной (чаще всего денежной) форме, что порождает между сторонами гражданско-правовые отношения, связанные с соответствующим обязательством, принятым на себя причинителем вреда.

Физический вред, как правило, невозможно загладить в неимущественной форме. Заглаживание физического вреда происходит обычно в форме компенсации потерпевшему расходов на лечение, восстановление здоровья и т.д., что опять-таки позволяет судить о наличии между сторонами гражданско-правовых отношений, связанных с обязательством по возмещению вреда, причиненного здоровью (ст.ст.1084 и 1085 ГК РФ).

Приведем пример из практики:

«Кузьминским межмуниципальным (районным) судом Юго-Восточного административного округа г.Москвы 4 ноября 1998 г. Грачева осуждена по ст.113 УК РФ к лишению свободы на один год, на основании ст.73 УК РФ назначенное ей наказание постановлено считать условным с испытательным сроком в течение шести месяцев и взыскано с нее в доход государства в счет возмещения ущерба за лечение потерпевшего в больнице 2440 руб.

Она признана виновной в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ее мужу - Грачеву в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного насилием со стороны потерпевшего.

Согласно приговору между Грачевой и ее мужем часто возникали скандалы. Она, по мнению мужа, неправильно воспитывала малолетнего ребенка. В связи с этим он, приходя домой в состоянии алкогольного опьянения, устраивал ссоры. 27 января 1998 г. Грачев пришел с работы пьяный и избил жену: нанес ей удары руками и ногами по голове и телу, причинив сотрясение головного мозга, кровоподтеки на лице, гематому на волосистой части головы слева (легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья до трех недель). В состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного неправомерными действиями мужа, Грачева ударила его ножом в живот, причинив колото-резаную рану левой боковой поверхности брюшной стенки, проникающую через брюшную полость в забрюшное пространство с ранением поясничной мышцы и массивным внутренним кровотечением, причинив ему тем самым тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда приговор оставила без изменения.

Президиум Московского городского суда протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ, в котором ставился вопрос об отмене решений по делу и прекращении производства на основании ст.9 УПК РСФСР, оставил без удовлетворения.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 10 ноября 1999 г. аналогичный протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ удовлетворила, указав следующее.

Президиум Московского городского суда, отклонив протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ, в котором ставился вопрос об отмене всех состоявшихся решений и прекращении производства по делу, формально отнесся к рассмотрению протеста, оставив без должного внимания доводы, изложенные в нем.

Суд правильно установил обстоятельства дела, обоснованно пришел к выводу о виновности Грачевой в совершении преступления, предусмотренного ст.113 УК РФ.

Вместе с тем суд не учел представленное в судебном заседании заявление потерпевшего Грачева о том, что материальных и моральных претензий к жене он не имеет и поэтому просит прекратить уголовное дело в отношении нее за примирением.

Суд, указав в приговоре, что заявление потерпевшего о прекращении уголовного дела в отношении Грачевой удовлетворению не подлежит, обосновал это лишь характером и общественной опасностью содеянного.

Однако данное обстоятельство не предусмотрено законом в качестве условия или основания для отказа в применении ст.76 УК РФ и освобождения Грачевой от уголовной ответственности.

Согласно упомянутому уголовному закону лицо, впервые совершившее преступление небольшой тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред. Такое же положение содержит и ст.9 УПК РСФСР (в ред. Федерального закона от 21 декабря 1996 г.).

Согласно ч.2 ст.15 УК РФ преступление, совершенное Грачевой (ст.113 УК РФ), относится к категории преступлений небольшой тяжести.

Потерпевший Грачев, написав заявление с просьбой о прекращении уголовного дела в отношении жены в связи с примирением с последней, заявил в суде, что простил ее, поскольку причина происшедшего - его поведение.

Кроме того, потерпевший в суде отказался от заявленного им в ходе предварительного следствия ходатайства о признании его гражданским истцом и не заявил гражданский иск в уголовном деле. При этом в судебном заседании он пояснил, что Грачева оставила ему все совместно нажитое имущество и данный факт он принимает как компенсацию за причиненный ему вред. Как видно из материалов дела, Грачева - студентка, впервые привлечена к уголовной ответственности, положительно характеризуется, имеет на иждивении малолетнего ребенка, в содеянном раскаялась.

Таким образом, с учетом изложенного, в соответствии со ст.9 УПК РСФСР[5] и на основании ст.76 УК РФ Грачева подлежит освобождению от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим.

Суд, признав Грачеву виновной в совершении преступления, предусмотренного ст.113 УК РФ, постановил взыскать с нее в доход государства 2440 руб. в счет возмещения ущерба за лечение потерпевшего в больнице.

Однако в соответствии с действующим до настоящего времени Указом Президиума Верховного Совета СССР от 25 июня 1973 г. "О возмещении средств, затраченных на лечение граждан, потерпевших от преступных действий" средства, затраченные на стационарное лечение граждан, подлежат в случаях причинения вреда их здоровью в результате умышленных преступных действий (за исключением причинения вреда в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного неправомерными действиями потерпевшего) взысканию в доход государства с лиц, осужденных за эти преступления.

При таких обстоятельствах, учитывая, что Грачева причинила вред мужу в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного неправомерными действиями потерпевшего, решение суда о взыскании с нее в доход государства 2440 руб. в счет возмещения ущерба за лечение потерпевшего в больнице является незаконным и подлежит исключению из приговора»[6].

На практике зачастую возникает вопрос: обязано ли лицо, освобождаемое от уголовной ответственности, возместить вред лично (как это имело место ранее при назначении наказания в виде заглаживания вреда, предусмотренного ст. 32 УК РСФСР 1960 года) или вред в гражданско-правовом смысле может быть возмещен третьими лицами, что не является помехой для освобождения от уголовной ответственности?

Большинство исследователей придерживаются точки зрения, что «в условиях, когда "заглаживание вреда" из уголовного наказания превратилось в основание освобождения от уголовной ответственности, нет юридических препятствий к тому, чтобы допускать при применении ст. 76 УК РФ возможность возмещения вреда (когда речь идет о материальной форме его возмещения) с помощью третьих лиц, то есть по общим правилам деликтных обязательств»[7].

На практике типичной является ситуация, когда, лицо, совершившее преступление, добровольно возмещает причиненный вред, уплатив соответствующую денежную сумму либо предоставив какую-либо иную вещь и т. д., после чего удовлетворенный потерпевший обращается к следователю либо в орган дознания с заявлением, указанным в УПК РФ. Убедившись, что вред "заглажен" (то есть возмещен), следователь выносит постановление о прекращении уголовного дела "в связи с примирением с потерпевшим".

На практике же возможно множество вариантов.

Во-первых, лицо раскаялось и готово возместить вред, но не сразу, а по истечении какого-то времени (например, по мере получения зарплаты);

Во-вторых, лицо раскаялось и предлагает возместить вред в натуральном виде (например, сделать ремонт).

Рассмотрим возможные ситуации.

Итак, первый вариант - лицо, совершившее преступление, раскаялось и готово возместить нанесенный потерпевшему вред, но в силу своего материального положения не может это сделать сразу, например, единовременно уплатив денежную сумму. Оно предлагает исполнить свое обязательство постепенно, скажем определенными долями в течение года, подписав соответствующее письменное соглашение.

И второй вариант - совершено умышленное уничтожение имущества, запрещенное ст. 167 УК РФ. Виновный предлагает потерпевшему восстановить его собственными силами за свой счет, что, однако, потребует немало времени, учитывая физические и финансовые возможности. В обоих случаях потерпевший не возражает и стороны составляют письменный документ, где детально регламентируют порядок возмещения вреда. После этого потерпевший направляет лицу, ведущему производство по делу, заявление с просьбой об освобождении виновного от уголовной ответственности, ибо, по мнению потерпевшего, вред заглажен.

Возникает логичный вопрос: существуют ли в такой ситуации формальные препятствия для прекращения уголовного дела по ст. 25 УПК РФ, то есть следует ли понимать употребленное законодателем в ст. 76 УК РФ и в ст25 УПК РФ прошедшее время ("загладило причиненный потерпевшему вред") буквально? Если да, то уголовное дело не может быть прекращено несмотря на примирение сторон и волеизъявление потерпевшего, так как вред еще не возмещен в натуре (он только будет возмещен на основании заключенного соглашения), а ждать следователь (орган дознания) не вправе, так как ограничен сроками предварительного следствия (дознания), предусмотренными в УПК РФ.

На наш взгляд, неверно столь узкое толкование фразы "загладило причиненный вред". Этой же точки зрения придерживаются исследователи. «Приобретение потерпевшим в качестве кредитора юридически закрепленных (в том числе с доказательственной точки зрения) и формально определенных прав требования к лицу, совершившему преступление, или, иными словами, имущественных прав, вполне может рассматриваться как способ возмещения вреда, при условии, конечно, что сам потерпевший принимает такой способ возмещения, считая его достаточным»[8].

В данном случае включаются принципы гражданского права, когда все должно зависеть от усмотрения потерпевшего, свободного в осуществлении принадлежащих ему гражданских прав (ст. 9 ГК РФ). Кроме того, иное решение вопроса может привести к тому, что далеко не все будут поставлены в одинаковые условия: один способен с легкостью возместить вред единовременно и не понести, следовательно, уголовную ответственность; другой, имея, вполне скромные доходы, несмотря на свою готовность к более гибкой форме возмещения вреда, окажется на скамье подсудимых только потому, что правоприменитель слишком буквально воспринимает слово "загладило", предпочитая (причем в отличие от потерпевшего) права вещные правам обязательственным.

Таким образом, можно прийти к выводу, что ст. 76 УК РФ подлежит применению и в случае, когда стороны (потерпевший и лицо, совершившее преступление) заключили специально соглашение.

В таком соглашении необходимо предусмотреть порядок возмещения вреда, причиненного преступлением.

Данные правоотношения схожи с обязательствах, которые регулируются гражданским правом и связаны с возмещением вреда, и о тех, которые не имеют к нему отношения. Действительно, возможно заглаживание вреда, прежде всего морального, не являющееся его возмещением (компенсацией). Допустим, лицо, совершившее преступление, предусмотренное ст. 157 УК РФ ("Злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей"), принимает на себя обязанность активно участвовать в воспитании ребенка и проявлять о нем заботу. Это, разумеется, никоим образом не предмет регулирования гражданского права. Однако все-таки неверно сводить вопрос только к возмещению материального вреда в материальной форме. Возможна ситуация, когда виновный, например, в клевете (ст. 129 УК РФ) компенсирует вред путем опровержения порочащих потерпевшего сведений, то есть возмещает нематериальный (моральный) вред в нематериальной же форме. Думается, что в таком случае вполне уместно говорить об исполнении обязательства, возникшего вследствие причинения вред, ибо нематериальные блага, как известно, тоже в определенных случаях защищаются гражданским правом (ст. 150-152 ГК РФ). Более того, как прямо указано в ст. 128 ГК, они даже относятся к видам объектов гражданских прав[9].

Однако признание того, что соглашение между потерпевшим и лицом, совершившим преступное деяние, может рассматриваться как способ возмещения вреда и служить основанием освобождения от уголовной ответственности, порождает другую проблему: какие правовые последствия будет иметь неисполнение указанным лицом своих обязанностей, вытекающих из соглашения, и как в таком случае защищаются права потерпевшего?

Итак, если уголовное дело уже прекращено на основании ст.25 УПК РФ, а сторона (причинитель вреда) «отказывается от его заглаживания». На наш взгляд, в рассматриваемой ситуации между сторонами складываются уже гражданско-правовые отношения.

Как отмечает, Головко Л.В. в таком случае возможно два варианта. Во-первых, соглашение между потерпевшим и лицом, совершившим преступление, должно рассматриваться исключительно как способ определения порядка исполнения деликтного обязательства. Иными словами, обязательство кредитора по отношению к должнику не перестает быть внедоговорным обязательством из причинения вреда, а соглашение между ними не является договором по смыслу ст. 420 ГК РФ. Недостаток такого решения проблемы очевиден: если стороны не связывают заглаживание вреда с одной лишь материальной компенсацией, предусматривая в своем соглашении сложный комплекс взаимных прав и обязанностей, мы лишаемся возможности применять к их отношениям весь богатый инструментарий договорного права.

Во-вторых, соглашение между сторонами является "не предусмотренным законом или иными правовыми актами" договором (п. 2 ст. 421 ГК РФ), заключение которого вполне допустимо действующим законодательством. При этом с момента его заключения деликтное обязательство прекращается новацией в соответствии со ст. 414 ГК, то есть деликтное обязательство между сторонами трансформируется в договорное обязательство. Здесь возникают свои проблемы. Сторонами такого договора могут быть лишь потерпевший и лицо, совершившее преступление, но никак, разумеется, не следователь и не орган дознания[10].

Итак, как быть, если договор между сторонами заключен, а дело не прекращено в силу публичноправовых мотивов? Потерпевший в таком случае должен предъявлять иск в уголовном процессе (если, конечно, обвиняемый к тому времени не исполнит свои договорные обязанности добровольно) на основании обязательства из причинения вреда или из договорного обязательства?

Единственный выход видится в следующем: поскольку уголовный закон считает возмещение вреда неотъемлемым элементом примирения сторон, волеизъявление как виновного, так и потерпевшего должно быть направлено не только на удовлетворение своих гражданско-правовых интересов, но и на прекращение уголовного дела и освобождение от уголовной ответственности (в противном случае ст. 76 УК РФ вообще не подлежит применению). Собственно это и есть одна из основных целей заключения договора. Отсюда прекращение уголовного дела следует воспринимать как отлагательное условие по смыслу ст. 157 (п. 1) ГК РФ, а сам договор - условной сделкой. Иначе говоря, когда дело не прекращено, между сторонами сохраняется исключительно деликтное обязательство, которое и будет служить основанием для предъявления гражданского иска в уголовном процессе.

Замена деликтного обязательства договорным может быть связана еще с одной проблемой. Смысл такого договора заключается в том, что виновный освобождается от уголовной ответственности на основании заявления потерпевшего в обмен на обязанность "загладить" причиненный вред. Договор требует от потерпевшего совершения определенных действий (пусть всего лишь подразумеваемых), причем не частноправовых, а уголовно-процессуальных. Но нельзя же считать направление потерпевшим заявления, предусмотренного ст. 25 УПК РФ, в адрес следователя или органа дознания его договорной обязанностью.

Допустим, потерпевший искренне стремился к примирению, согласился на заключение договора, но спустя некоторое время передумал по каким-то причинам и сообщил, что он отказывается подавать указанное заявление. Напомним, заявление потерпевшего является формальным и необходимым условием для прекращения уголовного дела на основании ст. 76 УК РФ и ст.25 УПК РФ. Нет никаких юридических способов принудить его к такому действию, что, впрочем, вполне объяснимо и не нуждается в комментариях.

Итак, какой из двух предложенных вариантов решения проблемы цивилистической природы соглашения между потерпевшим и лицом, совершившим преступление, представляется более предпочтительным?

Как в юридической литературе, так и на практике пока нет однозначного решения. Оба варианта имеют право на существование абстрактно, но в конкретной ситуации договор, безусловно, должен оцениваться по-разному. Если он направлен на непосредственное возмещение причиненного преступлением конкретного имущественного вреда, размер которого определен сторонами, и речь идет лишь о рассрочке возмещения данного вреда, здесь не происходит замены внедоговорных обязательственных правоотношений договорными. Это лишь определение порядка исполнения деликтного обязательства. Причем вовсе необязательно, чтобы конкретно определенный вред реально возмещался в полном объеме, ибо ничто не препятствует кредитору часть долга простить (ст. 415 ГК РФ).

Если же стороны в своем соглашении предусмотрят, скажем, неустойку в случае просрочки исполнения деликтного обязательства, здесь мы получим самостоятельное (но акцессорное) договорное обязательство, существующее независимо от основного деликтного обязательства. Тот же вариант применим при возмещении неимущественного вреда способами, указанными в пп. 1-3 ст. 152 Гражданского кодекса, поскольку в этом случае также происходит лишь определение порядка исполнения деликтного обязательства.

Но когда возмещение виновным вреда в соответствии с заключенным договором не связано непосредственно с возмещением убытков или восстановлением прежнего состояния, стороны (прежде всего потерпевший) заинтересованы в установлении иных гражданских правоотношений для "заглаживания вреда" в уголовно-правовом значении, налицо трансформация деликтного обязательства в договорное или, используя терминологию закона, прекращение деликтного обязательства новацией.

В итоге при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником своих обязанностей (когда уголовное дело прекращено) потерпевший имеет возможность предъявить иск в порядке гражданского судопроизводства на основании деликта либо на основании договора.

Несколько сложнее обстоит дело тогда, когда мы вынуждены признать наличие договорных правоотношений между сторонами. Как отмечалось, подача потерпевшим заявления об освобождении виновного от уголовной ответственности не может считаться его договорной обязанностью, так как это его право, имеющее публичную природу. Допустим, однако, что так и произошло: потерпевший, действовавший в момент заключения сделки добросовестно, впоследствии "передумал" несмотря на заключенный договор. Полагаю, что в таком случае нет никаких оснований для расторжения договора или признания его недействительным. Вернуться к деликтному обязательству уже юридически невозможно. Лицо, совершившее преступление, будет нести тогда те обязаности, которые предусмотрены договором, а факт его заключения или тем более исполнения со стороны обвиняемого должен рассматриваться как обстоятельство, смягчающее наказание, в соответствии с п. "к" ст. 61 УК РФ. Однако освобождение от уголовной ответственности в данной ситуации исключено с процессуальной точки зрения.

Впрочем, следует признать, что наличие между сторонами договора о возмещении вреда может создать больше проблем для потерпевшего, которому и так уже причинен вред, чем для лица, освобожденного от уголовной ответственности. С точки зрения действующего российского права единственным способом защиты прав потерпевшего в случае неисполнения (ненадлежащего исполнения) должником предусмотренных в соглашении сторон обязанностей является иск, предъявляемый в порядке гражданского судопроизводства. И именно здесь мы видим существенный недостаток правового регулирования нового основания освобождения от уголовной ответственности.

Идя навстречу не только своим интересам, но и интересам виновного и заключая с ним специальный гражданско-правовой договор либо определяя порядок исполнения деликтного обязательства, потерпевший лишается возможности использовать те льготы, которые дает ему так называемый "соединенный процесс", то есть рассмотрение гражданского иска в уголовном процессе. Ведь если освобожденное от уголовной ответственности лицо нарушит права потерпевшего, к этому моменту уголовное дело будет уже прекращено, а его возобновление по такому основанию законом не допускается.

Возможен еще один способ защиты прав потерпевшего придание его договору с лицом, освобожденным от уголовной ответственности, исполнительной силы.

Если развивать данное направление защиты прав потерпевшего, необходимо вносить определенные коррективы и в уголовно-процессуальное законодательство. Нетрудно обязать стороны составлять свое соглашение о порядке возмещения причиненного преступлением ущерба в письменной форме. Гораздо сложнее ответить на вопрос, кто в таком случае должен утверждать их соглашение, чтобы оно получило исполнительную силу. Может быть, лицо, принимающее решение об освобождении от уголовной ответственности и о прекращении уголовного дела, то есть в большинстве случаев следователь или орган дознания?

Как бы то ни было, в настоящий момент потерпевший, согласившийся на заключение с виновным договора о возмещении причиненного преступлением вреда, в случае прекращения уголовного дела на основании ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ имеет возможность искать защиту своих прав только в порядке гражданского судопроизводства.

Что касается же органов принимающих решение об освобождении от уголовной ответственности, то такие органы, вероятно, как это предлагает Головко В.Л., отразить в постановлении юридические основания того факта, что вред не был реально заглажен. При этом особую важность приобретает ссылка на конкретную норму ГК РФ (ст.9 либо ст.415). В первом случае потерпевший будет вправе в дальнейшем предъявить иск в порядке гражданского судопроизводства, во втором - он такого права лишается, поскольку прощение долга является основанием прекращения обязательства. Обстоятельства, связанные с действительной волей потерпевшего, должны выясняться наряду с фактами, свидетельствующими о том, действует ли потерпевший добровольно и сознательно.

В заключение данного параграфа еще раз подчеркнем, что освобождение от уголовной ответственности в связи с рассматриваемым обстоятельством - является правом компетентных органов, а не обязанностью.

В силу названного правила органы дознания, следователь, прокурор, суд (судья) могут и не принимать указанного решения, если придут к выводу о его нецелесообразности.

Например, преступление, предусмотренное ст. 133 УК РФ (понуждение к действиям сексуального характера), законом отнесено к категории преступлений небольшой тяжести (максимальное наказание - до одного года лишения свободы). Между виновным и потерпевшим (потерпевшей) может состояться примирение и приняты меры к заглаживанию причиненного вреда (например, возмещен моральный вред). Однако в силу общественной значимости, социальной опасности содеянного, оценки личности виновного (например, если это насильник-рецедивист) полномочные органы, в ведении которых находится решение данного вопроса, вправе не принимать такого решения и рассмотреть дело по существу.





[1] Головко Л. Некоторые гражданско-правовые проблемы, возникающие в связи с применением статьи 76 нового Уголовного кодекса РФ // Хозяйство и право. – 1998. - №2.

[2] Степанов В. Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим // Российская юстиция. - N 9. - сентябрь 2000 г.

[3] Ваксян А.З. Освобождение гражданина от уголовной ответственности и наказания // Гражданин и право. - №3. - сентябрь 2000 г.

[4] Головко Л. Прощение долга - одно из оснований прекращения уголовного дела // Российская юстиция. – 1998. - №4.

[5] В настоящее время это положение урегулировано ст 25 УПК РФ.

[6] Определение СК Верховного Суда РФ от 10 ноября 1999 г. Уголовное дело в отношении лица, впервые совершившего преступление небольшой тяжести, прекращено в связи с примирением его с потерпевшим и возмещением вреда" (Извлечение) // Обзор судебной практики по уголовным делам. – М.: Инфра-М. – 2002.

[7] Головко Л.В. Мировое соглашение в уголовном процессе и его гражданско-правовая природа // Законодательство. – 1999. - №10. – с.54.

[8] Головко Л.В. Мировое соглашение в уголовном процессе и его гражданско-правовая природа // Законодательство. – 1999. - №10. – с.56.

[9] Головко Л.В. Мировое соглашение в уголовном процессе и его гражданско-правовая природа // Законодательство. – 1999. - №10. – с.56.

[10] Головко Л.В. Мировое соглашение в уголовном процессе и его гражданско-правовая природа // Законодательство. – 1999. - №10. – с.58.







Посетите наш интернет магазин!

ПЛАТНЫЕ и БЕСПЛАТНЫЕ
АУДИОКНИГИ и другие
полезные материалы


 "Мастер знакомств" - путь к безотказным знакомствам
Знакомьтесь легко с нужными вам людьми!

Новости

Мужчины в первую очередь ценят в женщинах:
  Внешние данные 
  45.64%  (335)
  Личностные качества 
  24.39%  (179)
  Согласие на секс 
  16.89%  (124)
  Ум 
  9.67%  (71)
  Деловые качества 
  3.41%  (25)
Всего проголосовало: 734
Другие опросы

Работает на: Amiro CMS